Всемирная организация здравоохранения представляет новую возрастную классификацию. Теперь молодыми считают людей до 45 лет. Российские эксперты идут следом, но гораздо скромнее в оцкенках: Геннадий Онищенко призывает установить рамки молодости на отметке в 40. Отмирание старческих “клубов кому за 30”, вечная погоня за трендами или увеличение пенсионного возраста еще на 10 лет: о причинах пересмотра - в материале.
Вечные дети
Новая классификация ВОЗ добавляет к молодости 10 лет. Теперь люди от 45 до 59 - средний возраст, от 60 до 74 - пожилые, от 75 до 90 - старики. Эксперты опирались на улучшение внешнего вида, здоровья, продолжительности жизни, сохранение фертильности и работоспособности в более значительном возрасте. Основной причиной специалисты считают корреляцию между повышением уровня интеллекта и замедлением старения. Влияет и медицина: те, кому исполнилось 60, сегодня чувствуют себя на 40-50. Это касается исключительно стран “золотого миллиарда” с высокой продолжительностью жизни.
Классификация действует только в ВОЗ. ООН ограничивает планку молодости 24 годами, ряд стран устанавливают ее ненамного выше. В Бразилии, Индии, Мексике человек перестает быть молодым в 29. В Новой Зеландии, США, - в 24. В России и ЮАР - в 35. Статистику Поднебесной трудно узнать из документов, но книга “Молодежь Китая в новую эпоху” включает в комсомол страны людей от 14 до 28 лет.
Госдума РФ на новую классификацию переходить не спешит, несмотря на призывы некоторых экспертов. Планку молодого возраста призвал пересмотреть зампрезидента Российской академии образования Геннадий Онищенко, призвав повысить ее для 40 лет.
Депутат Киселев отметил, что сейчас госпрограммы поддержки ориентированы на подростков, студентов и граждан до 25 лет, более старшие почти не затронуты. Разговор о поднятии планки можно будет начинать, когда получится обратить внимание на каждого. Работа осложняется тем, что эти люди в основном заняты построением карьеры и семьей. Тем не менее, уже есть проекты для сорокалетних.
Не лениться - трудиться
В “первом мире” повышение молодого возраста идет рука об руку со старением основной массы населения. В 2000 году среднему европейцу было почти 37 лет, в 2025 году - почти 43 года. С 1950 года средний мировой возраст вырос с 25 до 33 лет: в Европе - на 14 лет, в Африке - на 1 год.
Относительное благополучие государства задает более высокие жизненные стандарты, что ведет к уменьшению рождаемости: ребенок в современном обществе требует много времени и средств. Молодых становится меньше, стариков больше, социальная нагрузка на трудоспособное население возрастает. На примере России мы показывали, что один работающий в 2025 году “содержит” больше пенсионеров, чем в 2000. Один из выходов в короткой перспективе - пенсионные реформы, увеличивающие период трудоспособности. Лица, родившиеся после 1964 года в Германии могут уйти на пенсию с 67 лет (против 62 лет в 2000 году). 67 лет как возраст выхода на пенсию хотят установить в Великобритании. В среднем по Европе он колеблется в рамках 63-65 лет.
В Норвегии можно выйти на пенсию в 62 года, но людей стимулируют работать до 70, чтобы получать более высокие выплаты. В некоторых случаях можно проработать до 75. В России продолжается пенсионная реформа, окончательные сроки - 65 лет для женщин и 65 для мужчин.
Обеспечение пенсионеров лежит на плечах работающих. Франция, где в 23 году фиксировали один из самых низких пенсионных возрастов в Западной Европе (62 года), заставляет работающих платить крайне высокие налоги: финальная ставка для гражданина - 30% доходов, для иностранного резидента - 60%. Это не помогает покрыть хроническую недостачу, которая уже перевалила за 10 млрд евро в год. И это при том, что на пенсии тратятся более 14% из ВВП, что один из самых высоких европейских показателей. Правительство понимает это: первая пенсионная реформа планировалась на 2019 год, сейчас планируется поднять пенсионный возраст до 64 года. Процесс должен завершиться к 2030 году, но осложняется недовольством электората.
Сколько стоит молодость
Россия идет в том же русле: тренд на максимальную задержку перехода работников в иждивенцы. Грустная демография вызывает новую проблему: в стране прогнозируют кратный рост дефицита кадров. По мнению главы Министерства труда Котякова, в в ближайшие пять лет нашей экономике потребуются 3,1 млн человек. Согласно прогнозу министерства в 2022 году, нам было нужно 2,4 млн. С 2000 по 2023 год число лиц старше трудоспособного возраста выросло на 4,716 млн и составило 34,593 млн, количество трудоспособных наоборот, уменьшилось на 3,328 млн, составив 84,712 млн. Нехватка будет расти и дальше при сохранении тенденций, связанных в первую очередь с технологической отсталостью: огромное количество открытых вакансий - не требующая особых навыков низкооплачиваемая работа, которую относительно легко автоматизировать. Ввиду отсутствия полноценного производства нужных элементов и продуктивных инициатив в этом направлении, найм подобных работников обходится дешевле внедрения технологий, что провоцирует “бум” предложений и тревогу по поводу “нехватки кадров”.
Определение верхней границы молодежи связано не только с будущим пенсионным возрастом, но и с действием различных программ поддержки. Это помощь в обеспечении жильем, развитие материнства и детства, образовательные льготы и многое другое. Один из наиболее затратных проектов - “Молодежь и дети”, в 2025 году на него выделят 457 мрлд рублей, в 2026 году - 547 млрд рублей, в 2027 году - 550 млрд рублей. По словам вице-премьера Татьяны Голиковой, год назад в России проживали около 37 млн людей от 14 до 35 лет, - четверть населения страны. На одного человека в среднем приходится 14,8 тысяч.
Если повысить возраст молодежи до 40, дополнительно под эти программы попадут примерно 6,5 млн женщин и 6,3 млн мужчин (число россиян от 35 до 39 лет на 1 января 2024 года). Общее число молодежи составит почти 50 млн. Следовательно, на человека будут приходиться около 11 тысяч рублей господдержки, что либо ухудшит ее качество, либо потребует введения дополнительных условий, ограничивающих людей в ее получении. Чтобы сохранить обеспечение на том же уровне, потребуется на 200 млрд больше, чем бюджет сможет выделить в 2027 году.
Дефицит бюджета на 2025 год составит 1,17 триллион рублей. На 2026 год - 3,82 трлн. На 2027 год - 2,77 трлн. Учитывая это, выделение дополнительных средств в настоящий момент - непозволительная роскошь.
В бой идут одни старики
Экономика - не единственная причина границ молодости. По данным The Economist, средний возраст мировых глав государств на 2024 год - 62 года. На руководящих должностях сейчас доминируют политики, родившиеся между 1946 и 1964 годами. Геронтократия - общая тенденция, которую особенно видно на примере “мирового жандарма” США: в начале XIX века средний возраст членов Конгресса составлял 44 года, в 1960х - почти 54 года, к 2020 году - почти 61 год. Байден был самым старым в своем правительстве, сейчас ему 83 года. “Молодому и энергичному” Трампу - 79. В России средний возраст правительства ниже: сейчас он составляет примерно 54 года.
Концентрируя власть, политики стремятся как можно дольше удержаться на своих местах, ибо это вопрос конкурентного преимущества рода. Тенденция распространяется на нижние уровни, переходит в частную сферу: существенная доля управляющих производственными и промышленными гигантами - также люди в возрасте. Следующие поколения взрослеют, получают профессию, нарабатывают опыт и внезапно оказываются ненужными, упираясь в потолок: должности, где они могли бы проявить себя, заняты стариками.
Пожилые стремятся к сохранению действующей системы и своего положения в ней. Боясь конкуренции и потому останавливая социальные лифты, они ищут способы снижения протестного потенциала тех, кто должен занять их место. Один из способов - увеличение границ возраста молодежи: расширение на сорокалетних социальных программ - с одной стороны, подачка за “политическую пассивность”. С другой, “молодежный” статус имеет психологический эффект: человеку, столкнувшемуся с невозможностью пробиться выше, проще смириться с собственным незавидным положением, будучи уверенным, что у него “все впереди”. Это позволяет оттянуть кризис среднего возраста на еще десять лет. Вымывание перспективных кадров позволяет пожилым не беспокоиться, но ухудшает качество управления, поскольку тем тяжелее принимать эффективные решения.