Уроженец Смоленска снялся в нашумевшем сериале «Ведьмак»

Анна Бахошко
Андрей Курганов о пути от мыши в провинциальном театре до работы с Netflix – в интервью Readovka67

Генри Кавилл, Фрейя Аллан, Аня Чалотра — именно эти актёры стали лицом сериала «Ведьмак» от Netflix. Но не только европейские и американские звёзды приняли участие в работе над фэнтезийном проектом — среди селебрити на экранах всего мира оказался и 34-летний уроженец Смоленска Андрей Курганов.

Россиянин появился в «Ведьмаке» в роли персонажа по имени Цока (Tsoka) в третьем эпизоде. Андрей Курганов может быть знаком российским зрителям по ролям в отечественных фильмах и сериалах. Среди них: «Троица», «Домашний арест», «Хандра», «Заступники», «Как я стал русским», «Сашатаня», «Союз спасения», «Адаптация», «Филфак», «По ту сторону смерти», «Охота на дьявола», а также «Противостояние» и многое другое.

Но что известно о самом актёре? Во-первых, он родился и долгое время прожил в Смоленске. Во-вторых, он окончил сразу два местных вуза, совмещая учёбу с работой в театре, после чего отправился осваивать драматическое искусство в Париж. Ну, а что в-третьих, в-шестых и даже в-десятых, мы лучше узнаем у самого Андрея Курганова.

— Расскажите, пожалуйста, о себе. Где родились, где выросли?

— Я родился в Смоленске и прожил там много лет: ходил в гимназию, учился в Смоленском государственном университете, так что я смолянин до мозга костей.

— Если не секрет, кто ваши родители? Люди из творческой среды?

— Профессии называть не буду, но нет, творчества никакого, за исключением моей тёти, которая всегда с творчеством соприкасалась.

— В вашей анкете значится два высших образования: Смоленский государственный университет (лингвистика) и Смоленский государственный институт искусств (актёрское мастерство). Почему вы решились на такую смену деятельности: предпочли изучению иностранных языков искусство?

 — После окончания СмолГУ я поступил в аспирантуру СГУ и начал писать диссертацию, но быстро понял, что научная карьера совсем не для меня, и из аспирантуры ушёл. Сразу встал вопрос о том, что делать дальше, и в силу того, что я давно играл в любительском театре, в том числе в период студенчества, я решил попробовать себя в профессиональной актёрской деятельности.

— Жалели о времени, потраченном на лингвистику?

— Совершенно не жалел. Более того, сейчас, с высоты прожитых лет, могу сказать, что СмолГУ мне страшно помог. И благодаря языкам, и тому, что я там выучил, я продвинулся по жизни, актёрской в частности. К тому же это было интересно, я всегда любил языки. Так что нет, не жалел ни секунды. Просто потом решил, что надо попробовать что-то другое, возможно, даже связанное с языками, с переводческой деятельностью, преподаванием, но просто оказалось, что всё это не моё. А театр и актёрство — моё.

— С 2009 по 2012 вы работали в Смоленском драматическом театре. Какие роли вы исполняли? Как вам опыт работы на провинциальной сцене?

— Опыт работы очень хороший, я с большим удовольствием работал в драмтеатре. Меня туда взял ещё Анатолий Владимирович Ледуховский, ныне лауреат «Золотой маски». У меня тогда не было актёрского образования, я на него вышел через знакомых журналистов и упросил меня посмотреть. Он посмотрел... И взял.

Следующие три года я там счастливо проработал. Начинал с маленьких ролей, танцевал мышью в спектакле «Щелкунчик» где-то на заднем плане. Но в конце первого года, уже при новом руководителе Виталии Михайловиче Барковском, мне дали первую главную роль в «Поздней любви» по Островскому... И я потихоньку стал продвигаться — практически от кулис к центру сцены.

Играл я много чего — 13 ролей. Моими любимыми стали Макс в спектакле «Benvenuto, Отелло!», Меркуцио в «Ромео и Джульетте», Николай в «Поздней любви» — тоже прекрасные воспоминания о роли. Много чего интересного играл.

— Как и почему вы решились на обучение в Париже?

— После трёх лет работы в театре передо мной встал вопрос: а куда дальше? Естественно, был вариант поехать в Москву, но я, слушая рассказы знакомых о том, как там живётся, особенно людям с провинциальным актёрским образованием, понял, что это не моя история. Поступать я туда тоже не хотел, решил попробовать что-то другое, и тут мне пришла мысль объединить свои лингвистические знания с актёрскими, и я стал искать, куда уехать. В Англии было очень дорого, а во Франции — очень недорого, потому что там государственное образование. Я совершенно случайно набрёл на Высшую национальную консерваторию драматического искусства, которая принимала иностранцев, и каким-то чудом в последний день приёма я подал документы. Потом прождал 4 месяца, и меня приняли.

Решаться тут было, собственно, не на что: я знал французский язык, у меня была возможность, я поступил. Это был не сложный выбор, это был логичный следующий шаг.

— Сложно было преодолеть языковой барьер? Какие испытания ждали смоленского парня в Высшей национальной консерватории драматического искусства?

— Барьера у меня никакого не было — опять же благодаря Смоленскому государственному университету, потому что я изучал французский 5 лет и говорил на нём очень хорошо.

Сложно сказать, что это было какое-то тяжёлое время. Наоборот это было суперинтересно, я старался хвататься за всё, до чего дотягивались мои руки, занимался всем, что мне могли предложить. В общем, проводил всё своё время, все свои дни в консерватории, пытаясь доказать, что даже чувак из Смоленска может в Париже что-то хорошее показать, и, в общем, показывал, всё было прекрасно. У меня сложились хорошие отношения и с преподавателями, с многими из которых я занимался после обучения, и со студентами, с которыми мы по-прежнему дружим. Так что не могу сказать, что я преодолевал какие-то трудности — думаю, мне повезло.

— Что принципиально новое вы открыли для себя во французской школе актёрского мастерства?

— Конечно, обучение там строится совсем иначе, нежели в России. У нас школа мастера, который берёт тебя на первом курсе, ведёт до четвёртого и выпускает в мир или берёт в свой театр. Там всё немножко иначе: в консерватории шесть мастеров, и ты можешь каждый год или даже полгода их менять, потому что у каждого мастера свой подход, свой взгляд на театр: кто-то играет и учит своих студентов по Станиславскому, кто-то придерживается совершенно других методов. Наверно, эта разница в подходах — принципиальна. Если у нас учат одному с начала и до конца, то во Франции предпочитают давать разные видения на то, как актёр может играть, что он может делать, и дают самому выбрать, какой подход к игре ему ближе.

— А как сложилась судьба ваших сокурсников?

— По-разному сложилось. Даже если посмотреть по Москве, немногие вырываются куда-то вверх — то же самое и с моими ребятами из консерватории. Несколько человек счастливо снимаются, уже обрели имя, несколько человек объединились и создали страшно популярный YouTube-канал, кто-то играет в кино, кто-то играет в сериалах. Очень многие, к сожалению, ушли из актёрства, потому что это достаточно тяжёлая профессия, которая требует очень большой выносливости. Так что, в общем, по-разному.

— В вашей фильмографии в основном второстепенные и эпизодические роли — почему? Когда главная?

— В моей фильмографии в основном второстепенные и эпизодические роли, потому что мне дают играть второстепенные и эпизодические роли. Главная, я уверен, впереди, скоро. Единственная главная, которая у меня была в России, — Джордж в «Троице» Ян Гэ, она вышла в прошлом году. Я пробуюсь на главные, но пока судьба или режиссёры ко мне неблагосклонны. Или во мне проблема — кто знает.

— Участие в каком проекте считаете своей самой сильной работой и наоборот — самой слабой?

— По поводу самой сильной сложно сказать. Опять же, мне очень понравилось, как я отработал в фильме «Троица», несмотря на то, что это, как у нас любят говорить, фильм «не для всех» — он действительно специфический. Мне понравилось в нём всё: и процесс, и производство, и то, что я сделал на экране, и то, что со мной сделали потом в монтаже.

Ещё мне очень понравилось играть в «Ведьмаке». Я считаю, что я там действительно очень хорошо «лёг» на роль.

А к вопросу о слабой — не могу сказать, что на какую-то из своих работ мне некомфортно смотреть. Наоборот, я всегда выкладываюсь и смотрю на себя на экране с большим удовольствием.

— В каких странах чаще всего играете?

— Так вышло, что я работаю в Англии и в России. Чаще, очевидно, в России — у меня количественно здесь больше ролей. В Англии «то тут, то там», а с пандемией ещё некоторые проекты, к сожалению, отодвинулись или были поставлены на паузу.

— А где работать комфортнее?

В Англии проекты, в которых я участвовал, были достаточно крупными. Надо сказать, что там всё значительно масштабнее, там просто больше всего: больше денег, больше подготовки, больше кадров, больше комфортных условий.

Но и не скажу, что Россия очень сильно отличается в плохую сторону: у нас всё больше и больше профессионалов, всё больше снимается хороших сериалов и проектов. И опять же за 5 лет я не сталкивался с какими-то вопиющими условиями, поэтому мне комфортно работать и там, и тут.

— Почему иностранцы видят в русских преимущественно бандитов?

— Не только бандитов — ещё ФСБшников, КГБшников и всяких, скажем так, окологосударственных людей. Я думаю, что это, конечно, стереотипное мышление, с которым очень сложно бороться. Когда я искал агента в Англии и пришёл на собеседование к женщине, которая стала моим представителем впоследствии, я её сразу предупредил: у меня не очень бандитская или ФСБшная внешность, поэтому с этим могут быть проблемы. И они действительно есть, потому что те проекты, в которых я участвовал, — это лишь маленькая доля из двух десятков, на которые я пробовался, и это были в основном те самые роли.

Почему так происходит — не знаю. Это прижившийся стереотип, чтобы выйти за пределы которого нужны интерес и смелость, а их на Западе пока нет.

— Вы появились в роли Тсоки в третьем эпизоде нашумевшего сериала «Ведьмак». Как это произошло?

— Всё максимально буднично. Я не могу сказать, что моя жизнь — это череда невероятных совпадений, какого-то безумного счастья, нет. Просто я три года назад озаботился тем, чтобы иметь в Англии агента, потому что я очень хорошо говорю по-английски, и я очень хотел играть там. Я написал письма огромному количеству людей, из сотни писем, которые я отправил, получил ответы на десять, с пятью людьми мы встретились, одна из них стала моим агентом, и от неё стали приходить кастинги.

Один из кастингов, когда я как раз был в Англии, оказался на роль Тсоки в «Ведьмаке». Я попробовался, и меня утвердили в какие-то очень короткие сроки: обычно проходит несколько недель, а тут через 5-6 дней мне уже написали.

— Как проходили съёмки и какие впечатления вы получили от участия в столь масштабном проекте?

— Мы снимали в Венгрии, под Будапештом в старых, по-моему, соляных шахтах, которые сейчас не работают. Венгрия — вообще очень киношная страна, потому что там довольно выгодные условия для работы киногрупп и большое разнообразие ландшафтов (как для фэнтезийных проектов, так и для проектов про Советский Союз), поэтому там много что снимается.

Это была огромная группа, огромный продакшн — самый большой из всех, что я видел в жизни. Продакшн впечатлял от первого до последнего момента: от того, что меня вывезли на 2 дня в Будапешт, просто чтобы за полчаса примерить одежду и грим за полтора месяца до съёмок, до огромного количества профессионалов, которые во всём этом вертятся.

Какие впечатления? Я просто был в шоке! И по-прежнему немножко пребываю в нём от того, что вот так всё вышло и я получил такой офигенский опыт!

— Приоткроете завесу тайны: какие планы на будущее? Уже запланированы какие-то интересные проекты?

— Я продолжаю сниматься в эпизодических ролях и ролях второго плана, но помимо этого я решил разнообразить свою жизнь и начал писать — скоро начнутся съёмки сериала по моему сценарию. И вот чудо уже настоящее: первый сериал, который написал, я умудрился продать компании «Нон-стоп продакшн», которой руководит Александр Роднянский. Сериал называется «Хэдшот», он про киберспорт, про подростков, которые играют в компьютерные игры — это то, чем я интересовался очень давно. Я играл с глубокого-глубокого детства и до сих пор слежу за киберспортом. Всегда мечтал что-то с этим сделать, и вот мне пришла идея сериала. Я уже заканчиваю написание 10 серий, которые скоро будут сниматься.

Мне очень нравится сценарное искусство, и у меня кое-что получается, поэтому я пока буду совмещать актёрство с написанием сценариев — очень доволен, что появилась такая возможность.

— Часто приезжаете в Смоленск и почему?

— Я приезжаю в Смоленск достаточно редко: пару раз в год, чтобы повидаться с семьёй и старыми друзьями. Не потому, что мне Смоленск как-то противен, или что-то в нём плохо, но просто жизнь повернулась в другую сторону, и большинство друзей живёт не в Смоленске, даже большая часть школьных уже не здесь.

— Какие у вас любимые места в Смоленске? Есть своего рода «место силы»?

— Это мой дом. Я живу в центре, поэтому весь район вокруг парка, площадь Ленина, моя гимназия, Смоленский государственный университет и всё вокруг него — это места, с которыми у меня связаны нежнейшие воспоминания. А место силы... Когда приезжаю, я всегда прихожу на смотровую площадку за кафедральным собором. Думаю, здесь не надо объяснять — она всем известна. Она с таким потрясающим видом на Заднепровье и на крепостную стену, мне она много лет назад полюбилась, и я с тех пор на неё прихожу, оглядываю Смоленск и думаю: «Эх, сколько ж я здесь лет прожил — 25!»

— У вас есть «роль мечты»?

— Не могу сказать. Это всегда очень сложный вопрос. Наверно, нет такой роли. Интересное и классное можно найти и в эпизодических ролях, и ролях второго плана.

— Кого бы вы никогда не согласились сыграть?

— Не знаю. Мне кажется, интересное можно найти в любой роли. Тут скорее вопрос не роли, а проекта, его идеи. Если она будет противоречить моей жизненной позиции, я бы не согласился в такой штуке играть. И, наверно, ещё мне сильно надоело играть иностранцев — из-за знания языка я с этого вошёл в индустрию. Собственно, первой ролью в России у меня был шотландец Уитни Марлоу в сериале «Филфак». Мне немножко надоело, потому что меня заставляют ломать язык. К счастью, в последнее время у меня появились чисто русские роли, и я этим доволен.

— С кем бы вы хотели поработать из российских режиссёров?

— Мне кажется, что сейчас в России появилось так много интересных молодых режиссёров, что сложно выделить. Я бы сказал, что это Кирилл Соколов, который сделал «Папа, сдохни», Александр Хант и его «Как Витька Чеснок вёз Лёху Штыря в дом инвалидов», Нигина Сайфуллаева — с ней было бы круто поработать, творческая пара Чупова и Меркуловой («Человек, который удивил всех» и сериал «Колл-центр»), Дарья Жук («Хрусталь»), ещё Алексей Попогребский («Оптимисты») — он вообще чумовой. Я уверен, что пропустил очень много кого, но пока вот так пускай будет.

— А за рубежом?

— Из западных у меня большая слабость к Дени Вильнёву, который сделал «Бегущего по лезвию 2049», сейчас делает «Дюну», — очень люблю фантастику. И по традиции Дэвид Финчер пускай будет — ну, кто не хочет поработать с Дэвидом Финчером?

Использованы материалы следующих авторов:

Под Смоленском обнаружили дворец V-VI веков

Ольга Хоменкова

Ещё несколько десятков лет назад в этом месте стали находить странные вещи.
В деревне Демидовка, что под Смоленском, проходят масштабные археологические раскопки. Московские специалисты наравне с нашими заинтересованы в обнаружении усадьбы немецкого короля.Ряды столбовых ям были найдены на городище у Демидовки ещё 50 лет назад. Все думали, что это остатки двух домов, однако сейчас стало понятно: это одна большая усадьба V-VI веков. По меркам того времени её смело можно приравнять к дворцу, ведь размеры де

...

Смоленский витязь и летящая в небе гиря

Евген Гаврилов

Силовой экстрим в День города на Массовом поле.
Дамы и господа, приветствуем вас на фестивале силы и духа — «Смоленские витязи»! В левом углу ринга — бесчисленное множество гуляющих в центре Смоленска на День города, жителей. В правом углу ринга, уже примеряющие свои этнические или спортивные костюмы — организаторы и участники самого мужского открытого развлечения за вчерашний день.Традиционно проводящийся на Массовом поле спортивно-исторический фестиваль в этот раз очень

...
КОММЕНТАРИЙ ДНЯ

Уахаха.Весь мир: *маленькими шагами вводит новые ограничения*Смоленск: *мы открываем церковь для посетителей, коронавирус не пройдет*

Альвар Богоусов
Новости партнеров


наверх